В сенях встретила приезжего прислуга, приведенная в тайну сокровенную. С радостью и весельем встречает она барина, преисполненного благодати. С
громкими возгласами: «Христос воскресе» — и мужчины и женщины ловят его руки, целуют полы его одежды, каждому хочется хоть прикоснуться к великому пророку, неутомимому радельщику, дивному стихослагателю и святому-блаженному. Молча, потупя взоры, идет он дальше и дальше, никому не говоря ни слова.
Неточные совпадения
Раздался дружный,
громкий смех и сквозь него — сердитый
возглас...
Тихо раздаются под сводами громадного храма
возгласы священника и пение причетников, а в раскрытые двери иные тогда звуки несутся: звуки бубнов, арф и рогов, пьяные клики, завыванья цыган,
громкие песни арфисток и других торгующих собою женщин…
И вдруг голова толпы точно ударилась обо что-то, тело ее, не останавливаясь, покачнулось назад с тревожным тихим гулом. Песня тоже вздрогнула, потом полилась быстрее,
громче. И снова густая волна звуков опустилась, поползла назад. Голоса выпадали из хора один за другим, раздавались отдельные
возгласы, старавшиеся поднять песню на прежнюю высоту, толкнуть ее вперед...
Радостный
возглас детей огласил залу, и веселая суетливая толпа взрослых девушек и ребяток в тот же миг окружила стол, подле которого тетя Леля
громким голосом уже выкликала имена осчастливленных раздачей подарков старших и маленьких приюток.
Не помня, что делает, не сознавая, что с ним, Воронов бросился бежать. Он мчался, как вихрь, едва касаясь земли, а привидения гнались за ним со стонами, свистом, гиканьем. Ему ясно слышались неистовые
возгласы, вой, рев, и
громче всех голос Копьева: «Вррешь — не уйдешь!»
Оттуда доносилось пение, довольно стройное,
громкое, точно все молящиеся пели, с протяжным звуком в конце каждого
возгласа, в минорном приятном тоне, отличном от обыкновенного пения православной службы.
Мамон увидел среди тысячей пылающий взор отца и ничего более, услышал с неглинной стороны
громкие хвастливые
возгласы друзей.
И все крики вдруг покрыл
громкий, полный тоскливого презрения
возглас...
Оба замолчали, пропуская мимо своих глаз пёстрый поток людей, ловя чуткими ушами в глубоком море шума
громкие всплески отдельных
возгласов.
— Батюшка ты наш! — послышались
возгласы толпы: — Не стало, тебя, судии, голоса, вождя, души нашей! Хоть бы дали проститься, наглядеться на тебя напоследок, послушать хоть еще разочек голоса твоего
громкого, заливистого, что мирил и судил нас, вливал мужество в сердца и славил Новгород великий, сильный и могучий во все концы земли русской и иноземной. Еще бы раз затрепетало сердце, слушая тебя, и замерло бы, онемело, как и ты теперь.
— Батюшка ты наш! — послышались
возгласы толпы. — Не стало тебя, судии, голоса, вождя души нашей! Хоть бы дали проститься, наглядеться на тебя напоследок, послушать хоть еще разочек голоса твоего
громкого, заливчатого, что мирил, судил нас, вливал мужество в сердца и славил Новгород великим, сильным, могучим во все концы земли русской и иноземной. Еще хоть бы разочек затрепетало сердце, слушая тебя, и замерло, онемело, как и ты теперь.
В воскресенье вернулись с пасхальных каникул наши подруги. Кое-кто привез нам яйца и домашние яства. Всюду раздавались
громкие приветствия, поцелуи, сопровождавшиеся
возгласом: «Христос Воскрес!»
…Улицы кипели народом, там-сям стояли отдельные группы, что-то читая, что-то слушая; крик и песни,
громкие разговоры, грозные
возгласы и движения — все показывало ту лихорадочную возбужденность, ту удвоенную жизнь, то судорожное и страстное настроение, в котором был Париж того времени; казалось, что у камней бился пульс, в воздухе была примешана электрическая струя, наводившая душу на злобу и беспокойство, на охоту борьбы, потрясений, страшных вопросов и отчаянных разрешений, на все, чем были полны писатели XVIII века.
Если настроение его было хорошее, он заканчивал рассказ неожиданно
громким и победным
возгласом: «С нами бог!», после чего торопливо уходил, сконфуженно смеясь и наивно закрывая рукою лицо.
«От Перми до Тавриды» пронесся один
громкий энергический
возглас: идите все, кто может, спасать Русь от внутреннего зла!
Колосов поспешно идет вразрез толпе, слышит
громкие, как бы ликующие
возгласы: «Десять лет каторги!»… и останавливается у дверей, из которых выходят преступники.